Анатолий Любавин: "Художники - люди особой породы"
Народный художник России ректор МГАХИ им. В.И. Сурикова Анатолий Любавин рассказал Елене Вышинской, почему с каждым годом растёт конкурс в "суриковку", как отличить гения от мастера и для чего люди учатся рисовать.



- Анатолий Александрович, жизнь художников не назовешь легкой и безбедной, почему в неё стремится попасть так много людей?

- Думаю, что это люди особой породы, которые другой жизни не хотят, и себя вне искусства не представляют.

- А правда, что количество абитуриентов в вашем ВУЗе увеличивается каждый год?

- Правда. Но вы же знаете, что количество цветов на яблоне весной не гарантирует большого урожая яблок осенью. Как в любом искусстве: сколько людей надо обучить игре на фортепиано, чтобы появился такой исполнитель как Денис Мацуев?

- Получается, что умение рисовать не единственный критерий профессии художника?

- Сначала студент добивается идеального изображения, а когда станет мастером - ему надо немного "разучиться", вспомнить о своей детской мечте, понять, как он может её передать, и вот тогда случается подлинное волшебство…

- … которому можно научиться?

- Научиться - можно, научить - нельзя! Как преподаватель я прихожу к третьекурсникам и до пятого курса веду у них занятия по композиции. Самое важное для меня - увидеть, к чему молодой коллега имеет талант, заметить, как он начинает проявляться, вовремя похвалить и поддержать.



- Окрылить?

- Дисциплины "вера в свои силы" у нас нет! Поэтому только балансируя между уверенностью и сомнениями, делая ошибки и исправляя их, можно стать художником. Помню, как в 80-е на выставке произведений Павла Ивановича Басманова, художника тонкого и поэтичного, в Пушкинском музее я услышал разговор супружеской пары, где жена сказала мужу: "Ты - художник, а он - гений".

Мало научиться рисовать небо или дерево лучше всех! Почувствовать энергию своего поиска и своих заблуждений, сделать что-то так, как никто до тебя, написать невозможное, не как научился, а потому что по-другому - не твоё. Услышать и передать музыку тишины… Пикассо называл это "сделать то, что не получается".

- Со времени, когда вы здесь учились, изменилась система образования?

- Школа осталась прежней, классической, а возможностей стало больше, конечно. Мастерские возглавляют замечательные художники, узнаваемые, яркие, у которых есть, что перенять. Назову несколько имён: Евгений Максимов, Айдан Салахова, Валентин Сидоров, Алексей Суховецкий…

Некоторые наши студенты, отучившись у нас, иногда продолжают образование в музеях и центрах современного искусства разных стран, и здесь наша реалистичная школа становится для них неоценимой базой, на основе которой они создают работы, заставляющие о них говорить.



- Анатолий Александрович, но вы же не реалист?

- Почему это? Я не натуралист. Для живописи портретное сходство и точность пейзажей и натюрмортов больше не являются самоцелью. Для того, чтобы наши потомки смогли на нас посмотреть, есть фото и видео. Я не старался "стать неповторимым" и студентов учу не "выпендриваться", а выражать свои чувства и быть честными с самими собой.

- А как поймать и использовать вдохновение, учите?

- Начнешь работать - и оно появляется! Надо действовать, труд и знания помогут овладеть ремеслом, плюс затраченные душевные силы… Если повезёт - получится написать что-то достойное.

- Как и когда вы обрели свой стиль и свою палитру?

- Я до сих пор в поиске! В творчестве невозможно остановиться и полюбоваться, приходится всё время что-то делать и переделывать: наносить краску, соскребать, писать заново. И если при рассматривании картины возникает вопрос - что делает здесь этот кувшин или почему стул такого цвета, а не другого - нет магии, нет искусства.

- Анатолий Александрович, как вы успеваете совмещать работу ректора и педагога с творчеством?

- У меня много обязанностей и обязательств, но я же не перестал быть художником. Поэтому без нытья и жалоб нахожу время и открываю в себе скрытые ресурсы.



- Похоже, что ваш ВУЗ открывает их не только у молодежи, но и в людях, которые достаточно поздно решили учиться рисованию?

- Вы про дополнительное образование? Сам удивляюсь и радуюсь, конечно, что взрослые люди приходят к нам учиться в своё свободное время. Всегда было много тех, кто учился "для себя" игре на фортепиано, а сейчас, совершенно точно, самым популярным творческим досугом стало рисование. Люди рисуют, чтобы передать то, что ими любимо, чтобы рассказать о себе, чтобы сделать подарок тому, кто понимает их без слов…

- А настоящие художники как находят общий язык, если видят и изображают жизнь по-разному?

- По-разному! Вот Ренуар, к примеру, не любил работ Матисса, но ценил его за черный цвет и уже поэтому называл хорошим художником. И в процессе обучения, и вручая дипломы, я говорю молодым коллегам, что пространство для реализации у нас одно на всех, и настаиваю на уважительном отношении творцов друг к другу.


интервью, искусство