Ноги, кольца... Главное – вовне!
В Московском театре поэтов под руководством Влада Маленко состоялась премьера панк-оперы "Черви". Несмотря на смешное название, это антиутопия, и довольно злободневная. Не раскрывая подробностей сюжета, можно сказать, что перед зрителем разворачивается мир существ, здесь и сейчас очень похожих на людей, хотя в реальности это всего лишь черви. Согласитесь, у всех те или иные ценности в жизни расположены по степени важности: любовь, счастье, деньги... Здесь на первое место выходят свобода и добро...



Добро – это то, что достается нуждающемуся человеку, червю... нужное подчеркнуть. Оно буквально падает сверху в виде праздничного конфетти, а свобода подобна ветру, выметающему из тесной, почти диогеновой банки-кувшина на свет божий главных персонажей панк-оперы. Тут нужно остановиться на паре понятий. Кувшина в спектакле нет, но он мог появиться в воображении героев, ведь банка, в которой жили черви до выхода "вовне", должна быть как-то обустроена или модицифирована. Пусть она станет кувшином. Правда, выбравшись из него, они тут же забыли, как величали узкую стекляшку.

В просторечии диогеновский пифос зовут бочкой, и мы видим на сцене несколько разноцветных бочек. Отзвуки философии – это "что-то в воздухе", к тому же персонажи, то есть черви, среди прочего занимаются поиском философского камня. Добро же выступает некой манной небесной, абстрактным понятием, заключающем в себе множество подарков судьбы. Любовь стоит отдельно - один червь влюбляется в Дюймовочку, однако она оказывается женой Крота (Александр Антипов) - врага ее возлюбленного и остальных обитателей, извините, выгребной ямы.



Вся жизнь героев панк-оперы – это результат освобождения. И они поют об этом, поэтому они и панки – субкультура, ставящая целью личную свободу. Стихов, проговариваемых под музыку, в спектакле действительно много. Песни звучат даже из телевизора – у червей "все как у людей". Среди персонажей есть и "патриот" в облике Че Гевары (Сергей Шолох) – символа освобождения целого народа.

Вернемся к антиутопии. При чем здесь она? Казалось бы, "все свободны, всем спасибо". Однако еще есть мир людей, а для червей это скорее мир богов – таковым им представляется их благодетель Виктор, выбросивший их "вовне", то есть освободивший их. Но осознавал ли он свой жест? Вряд ли. Хочет ли он сам освобождения? Вероятно, да. Во время сна Виктора звучит советская песня "Земля в иллюминаторе": значит, он тоже хочет на свободу, далеко-далеко, вовне?

Попав в место, о котором мечтали, герои спектакля поначалу наслаждаются жизнью – едят упомянутое "конфетти", вынашивают план убийства врага-Крота, поют и пляшут. По их телевизору иногда показывают хроники войны: для контраста или развлечения – в конечном счете, конечно, зрителя. Но что дальше? Крот оказывается не таким уж растяпой, и при встрече с ним червь-"приспособленец" в облике буддиста (Дмитрий Ерохин) от страха сдает ему план покушения не него.



Получается, что свобода оказывается относительной – с "патриотами", приспособленцами" и дискуссиями почти о том, "кто виноват и что делать". Червь-"приспособленец" периодически выкрикивает трехзначные числа по-немецки. Что он имеет в виду? Возможно, просто то, что он наконец волен их выкрикивать. А может быть, они символизируют некое ограничение?

Действительно, черви видят мир не так, как люди. Есть ли предел свободе? Звучат мотивы, напоминающие восточные проигрыши в песнях Бориса Гребенщикова, все это выглядит пародией на медитативную русскую музыку нью-эйдж. Червь-"рэпер" (Сергей Канаев) выплескивает из себя энергичные куплеты. "Добро, добро, очень страшное оно / Добро, добро победит любое зло", "Ничто на свете не окупится само, / порой приходится влезать в дерьмо...", в музыке полная кутерьма. "В чем назначение червей – переработать органику или отправлять космические зонды на Юпитер? – задается вопросом один из персонажей.

И, вероятно, чтобы делать второе, они решают стать богами, съев своего "бога" Виктора. Черви находятся на низшей ступени развития цивилизации, их религия примитивна, сознание – мифологично. А Виктору, мечтавшему о Земле в иллюминаторе, выпадает честь по неосмотрительности стать кормом для червей. А как уж там далее будет развиваться их локальная цивилизация, зависит от того, "есть ли жизнь на Марсе". Трагедия в том, что свобода – это хорошо, но от судьбы не убежишь.

Московский театр поэтов начал свое существование с осени 2016 года как филиал Центра драматургии и режиссуры, его художественный руководитель Влад Маленко ранее 20 лет прослужил в Театре на Таганке. В организации театра участвовал, в частности, авангардный саксофонист и импровизатор Сергей Летов, он присутствует в спектакле в качестве музыканта. По словам Влада Маленко, он хотел бы, чтобы Московский театр поэтов стал продолжением поэтической линии Театра на Таганке. "Черви" – четвертый спектакль в репертуаре Театра поэтов.

Анна-Рут Биантовская


искусство