Вымышленный портрет К. Пруткова 

Наука – дело серьёзное, даже очень. Но от чрезмерной серьёзности и в серьёзных делах случаются мороки. А в науках гуманитарных, особенно в литературоведении, меру серьёзности следует ограничивать. Потому что наша самая читающая в мире страна может окончательно отвратиться от чтения при виде сурового учёного мужа с насупленными бровями: "Прошу записывать - буду спрашивать!" Что греха таить – хватало и хватает у нас людей, способных весёлую литературную пирушку превратить в поминальную тризну.

Жил да был, причём очень неплохо, один филолог, доктор наук и член-корреспондент Павел Наумович Б. Человек солидный, уважаемый и авторитетный. Сквозь все бушевавшие над советской наукой бури он провёл свой кораблик непотрёпанным.

Я вспомнил членкора только потому, что в своё время он обстоятельно занимался творчеством Козьмы Пруткова – редактировал, комментировал, составлял и издавал прутковский том 1933 года в издательстве "Academia". Лучше бы он этого не делал! Потому что в интерпретации Павла Наумовича знаменитый вымышленный русский писатель предстал как отчаянный борец с политической реакцией и крепостничеством.

Честно говоря, во времена Павла Наумовича иначе и нельзя было. Литература рассматривалась как иллюстрация к истории, каждый писатель должен был найти свою нишу в "трёх этапах русского освободительного движения". Литературоведы след в след шли по генеральной линии партии. Павел Наумович – тоже. Но уж очень старался, из кожи лез. А с Козьмой Прутковым перемудрил и пересерьёзничал выше всякой меры.

Братья Алексей, Александр и Владимир Жемчужниковы и граф Алексей Константинович Толстой – создатели Козьмы Пруткова на революционеров не тянули никак.

Wikimedia Foundation 

Алексей Жемчужников в старости рассказывал юному Ивану Бунину: "Мы, я и Алексей Константинович Толстой, жили вместе и каждый день сочиняли по какой-нибудь глупости в стихах, потом решили собрать и издать эти глупости, приписав их нашему камердинеру Кузьме Пруткову".

Чтобы сочинить глупость хорошую, талантливую, способную остаться в веках, надо быть человеком умным и даровитым. Из бездарных дураков творцы талантливых глупостей не выходят. Дурак, пытающийся творить, только повторяет чужие глупости и радуется на свою собственную.

Впервые сочинения Козьмы Пруткова появились в 1854 году в журнале "Современник" (от более поздней революционно-демократической репутации которого и пошла репутация Пруткова как борца с реакцией и деспотизмом). Между тем истинные авторы прутковских текстов не имели оснований жаловаться на притеснения со стороны царского режима.

Алексей Константинович Толстой, к примеру, – правнук последнего украинского гетмана Кирилла Разумовского (по материнской линии), по отцовской линии – отпрыск славного толстовского рода, граф, троюродный брат Л.Н.Толстого. Почти ровесник (одним годом старше) и друг детских игр великого князя Александра Николаевича, будущего царя Александра II, с которым состоял в дружески-служебных отношениях до самого конца своей жизни. В 10-летнем возрасте, путешествуя с матушкой и дядюшкой по Европе, побывал в Веймаре и посетил дом Гёте; взрослые беседовали, а граф Толстой сидел у Гёте на коленях и листал книжку с картинками.